Станция Дно
Временами становилось совсем тоскливо. То, что я нашел места встреч «таких» людей, не оправдало моих надежд. Я и перестал посещать эти места, т.к. понял, что это бесполезное занятие. В один из вечеров – это было в конце 1960-х – познакомился на Витебском вокзале, проходя через него, с каким-то парнем. Оказалось, что он из Дна, райцентра Псковской области. Блондин, высокий, ширококостный, с простым и незапоминающимся лицом. Даже не помню, как его звали. Работал он в НИИ антибиотиков, лаборантом, что ли. Одним словом, у него были ночные смены дежурств. Вот в одно такое его ночное дежурство мы и поехали в его институт. Запомнился запах пенициллиновой плесени, разносившийся по всему зданию. В какой-то лаборатории, среди автоклавов, мы сдвинули шесть стульев и легли вместе. Хорошо было с ним. Еблись. Правда, стулья постоянно разъезжались… Позже он несколько раз приезжал ко мне в Пригород, когда я оказывался один в доме. Мне нравилось, что жопа у него была мужская, с прыщиками, пупырышками. Ничего больше не помню – как мы расстались и почему. Вот только в нынешние времена, уже несколько десятилетий спустя, проезжая часто мимо станции Дно – захудалое и заброшенное место, почти вымершее, задрипанный вокзал - вспоминаю, что у меня кто-то когда-то был отсюда, был какой-то человек, оставивший приятные воспоминания. Воспоминания смутные, слабые, тут же рассыпающиеся, если попытаться в них углубиться.
Временами становилось совсем тоскливо. То, что я нашел места встреч «таких» людей, не оправдало моих надежд. Я и перестал посещать эти места, т.к. понял, что это бесполезное занятие. В один из вечеров – это было в конце 1960-х – познакомился на Витебском вокзале, проходя через него, с каким-то парнем. Оказалось, что он из Дна, райцентра Псковской области. Блондин, высокий, ширококостный, с простым и незапоминающимся лицом. Даже не помню, как его звали. Работал он в НИИ антибиотиков, лаборантом, что ли. Одним словом, у него были ночные смены дежурств. Вот в одно такое его ночное дежурство мы и поехали в его институт. Запомнился запах пенициллиновой плесени, разносившийся по всему зданию. В какой-то лаборатории, среди автоклавов, мы сдвинули шесть стульев и легли вместе. Хорошо было с ним. Еблись. Правда, стулья постоянно разъезжались… Позже он несколько раз приезжал ко мне в Пригород, когда я оказывался один в доме. Мне нравилось, что жопа у него была мужская, с прыщиками, пупырышками. Ничего больше не помню – как мы расстались и почему. Вот только в нынешние времена, уже несколько десятилетий спустя, проезжая часто мимо станции Дно – захудалое и заброшенное место, почти вымершее, задрипанный вокзал - вспоминаю, что у меня кто-то когда-то был отсюда, был какой-то человек, оставивший приятные воспоминания. Воспоминания смутные, слабые, тут же рассыпающиеся, если попытаться в них углубиться.
Комментариев нет:
Отправить комментарий