Болгарская заграница

В Болгарию я ездил дважды – в 1974 году, как турист, на две недели, и в 1976 году, уже по приглашению Стефана, с которым познакомился в городе Плевене и который меня хорошо выебал в городском парке в последний вечер перед отъездом тургруппы.

Конечно же, в Болгарии было гораздо интересней, чем в России или в Чехословакии. Отчасти болгары, как южный народ, тоже бисексуальны. Одна пидовка, съездившая по моему совету в Болгарию, охарактеризовала ее так: «там вся страна плешка. Вот разговоришься с кем-нибудь где-то на улочке в маленьком городке на почве попросить прикурить, и разговор неожиданно заканчивается тем, что мы идем ебаться».

Итак, в 1976 году я приехал к Стефану в город Плевен, и провел в Болгарии почти три месяца. Стефан был старше меня на два года, он был активный ёбарь. Поначалу я пребывал в состоянии влюбленности в него, но вскоре понял, что его это тяготит. Он предпочитал разнообразие, поиск как можно большего количества разных партнеров. Одним словом, хотел ебать разных. В конце концов, я смирился с этим. Он меня поябывал, и вместе мы путешествовали по Болгарии (у его друга был автомобиль), отдыхали в разных местах на море и так же вместе искали сексуальные приключения.

Еще будучи в Плевене, мне понравился один случай. В выходной день мы со Стефаном вышли на улицу и вдруг глазами замандились с двумя или тремя (не помню точно) солдатами. Солдаты были смуглые, почти турецкой внешности. Мы их завели в кафе и накормили, а потом отправились в лес или лесопарк около города. Разлеглись на траве и стали ебаться. Меня ебли, кажется, два солдата. Хорошие были – простые, со всеми солдатскими запахами униформы и сапог, не гламурные, как нынче – с выбритыми лобками и подмышками и декоративными татуировками (терпеть не могу!). Скромные и тихие, ничего для себя не просили, а хотели просто поебаться с кем-нибудь. Ебля с нами для них была в порядке вещей, и не были они никакими «геями», и названия такого еще никто не знал… Понравилось мне такое отсутствие разграничений между сексуальными ориентациями.

Для меня было загадкой, что же делал активный Стефан с солдатом. Ведь не мог он его ебать. Я его спросил. Он раздраженно ответил, что «не важно» и что «ты не навязывай нам тут свои представления о сексуальных ролях, у нас всё по-другому». По-видимому, из-за преобладания активного начала у болгар они, замандившись друг с другом, занимаются каким-то взаимным трением, дрочкой. Я не помню про рот, о сосании. Не помню даже разговоров об этом. Я этого там не делал, и никто меня к этому не принуждал.

Болгария была наводнена иностранными туристами, в том числе из «капиталистических стран». В основном, это были немцы. Вот из-за них и возникла в стране обширная мужская проституция. Особенно она была видна в Варне, куда мы приехали отдыхать. Мужской проституцией занимались почти исключительно цыгане.

Городской пляж Варны. Как раз наше место:

В Варне все плешки - на пляже и в центре города, а также бани - буквально кишели цыганами. Болгарские цыгане, в отличие от наших, более смуглые, более близки к индийскому типу, что ли. Характерная особенность цыган: большие хуи.

Болгарские цыгане

На городском пляже Варны, где было зона для пидовок, место для загорания голышом, обнесенное высоким забором, в конце дня, когда по радио сообщали о закрытии пляжа (почему-то рано, часов в шесть вечера) на галерее выстраивался ряд цыганских парней, якобы переодевающихся или обсыхающих на солнце, с большими болтающимися болванками. Они стояли, потрясывали ими.

Это те, которые за весь день не смогли найти денежного иностранного партнера и которые перед закрытием надеялись использовать свой последний шанс.

Мы, наша компания, не лежали на пляже в этой загородке для нудистов, через нее только проходили. Что ж там было? Чудовищное зрелище, компрометация пидоров! Мне было даже стыдно перед болгарами-натуралами, которые тоже там проходили и брезгливо отворачивались. Вся эта обширная загородка для голого загорания была заполнена безобразными телами толстых пожилых немецких пидоров, которые не лежали, а держались в странной позе – как бы выгнувшись раком и раздвинув ягодицы, чтобы было видно их очко с пучком рыжих волос. Их сраки выставлялись к солнцу, якобы для загара в области межягодичной складки и очка.
Вот так:

Вообще немцы раздражали своим постоянным раздеванием догола. Это у них называется «культурой голого тела» (Freikörperkultur, FKK), причем они совершенно не осознают, что тело может быть некрасивым или даже безобразным и что выставлять его на всеобщее обозрение не следует.

Однажды мы со Стефаном пошли в городские общие души Варны. Естественно, там было полно цыган, зыркающих глазами. Каким-то образом они сразу вычислили меня. Подходят к Стефану и спрашивают: «твой друг хьюмне? (хьюмне - пидор, но более мягкий термин.) Мы хотим его ебать. Просто, без денег. Пусть он поедет с нами к нам домой». И пялились, улыбались, подмигивали. Конечно же, я отказался от такого предложения ехать в цыганскую компанию на окраину города.

Болгарские цыгане в Варне

Но с одним цыганом я все же поебался. Правда, это был культурный цыган – звали его Стоян, студент, что ли, или уже инженер. Как-то мы оказались с ним в маленькой комнатке, совсем маленькой, где была одна кровать и рядом, у стеночки, стулья. С нами были еще три чешские пидовки, естественно, все девки сверхпассивные и еще какие-то люди. Выпили. Вроде бы надо было ебаться. И я не помню уже, как так получилось, что мы со Стояном решили устроить показательный сеанс ебли. Как я на такое решился, я не могу понять до сих пор. Чешки и кто-то еще сидели как бы в первом ряду зрительного зала, а мы со Стояном залезли на кровать. Я встал раком на кровати, и он своим большим цыганским хуем меня дрючил, наверное, полчаса. При этом вынимая свой хуй и вставляя его обратно... И никакой неловкости, никакого досадного казуса не произошло. Всё отлично получилось и произвело на зрителей неизгладимое впечатление.


Причем настолько неизгладимое, что разговоры о том, как «один русский здорово давал в жопу» еще долгое время пересказывались в среде пидовок в Праге, в Чехии. Спустя года два приехали какие-то другие чехи (кто-то дал мой адрес), и вдруг они мне стали рассказывать про тот случай в Болгарии, про «того русского». Фантастика!

Ну вот, с этим Стояном и было, пожалуй, связано мое самое яркое впечатление о Болгарии. Мы с ним еще переписывались некоторое время…

Возвращался я домой через Румынию. Был в Бухаресте два дня. Румыния – это уже не то, это уже не бисексуальная страна, как Болгария. Она более северная, в большей степени европейская. Уже про Румынию не скажешь, что там вся страна плешка.